Внешнеторговый контракт: особенности работы с зарубежными партнерами

Данная статья будет интересна не только предпринимателям, занимающимся внешнеэкономической торговой деятельностью, но и юристам, впервые сталкивающимся с оформлением международных контрактов.

Об особенностях заключения и исполнения контракта международной купли-продажи товаров и его отличиях от российского «аналога» рассказывает главный юрисконсульт ЗАО «Контент-Право» Ирина Сергеевна Егорова.

— Ирина Сергеевна, какие ошибки наиболее часто встречаются при заключении международных контрактов?

— При составлении внешнеторговых контрактов, в отличие от договоров, заключаемых внутри страны, взаимоотношения с партнерами определяются не только условиями, прописанными в контракте. Многие не знают, что внешнеэкономический контракт регулируется нормами так называемого применимого права (и это далеко не всегда право России), обычаями делового оборота, международными соглашениями, торговыми терминами и принципами.

При заключении сделки с зарубежным контрагентом в первую очередь необходимо четко понимать, как и каким правом будет регламентироваться ваш контракт.

Иногда даже детально прописанный контракт, подпадая под действие применимого права, может приобретать абсолютно новые условия и положения, о которых при заключении контракта стороны не подумали и не учли их при выстраивании своих взаимоотношений. Это чревато серьезными моральными и материальными последствиями для предпринимателей.

Например, заключив контракт с условием, что применяться будет английское право, и предусмотрев штрафы за неисполнение какого-либо обязательства, сторона, не придавшая этому значения, может неожиданно узнать, что взыскать штраф невозможно.

— В чем же дело?

— В отличие от законодательства большинства стран в английском праве взыскать штраф можно лишь в случае, когда суд установит, что при заключении контракта стороны реально предвидели возможные убытки и оценили их.

Есть и другие аналогичные ситуации, когда при разработке серьезных внешнеэкономических контрактов компании упускают важные моменты, которые считают либо само собой разумеющимися, либо просто не придают им значения.

Россия в настоящее время является участницей Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров (Венская конвенция). В этой связи следует себе четко представлять, будет ли распространяться на заключаемый вами контракт действие Венской конвенции, и хотя бы в общих чертах знать ее содержание. Дело в том, что положения, не оговоренные в контракте, регламентируются нормами Конвенции.

— Получается, что, даже если компания не предусмотрит чего-то в контракте, разрешить возникшие вопросы помогут положения Конвенции?

— Да, безусловно, Конвенция позволит компаниям даже при наличии «пустого» контракта достаточно эффективно защищать свои права и интересы. Однако не стоит думать, что в случае возникновения спорных вопросов все нужные положения найдутся в Конвенции. Более того, отнюдь не всегда Конвенция будет трактовать ситуацию в вашу пользу. В ряде случаев предприниматели с удивлением обнаруживают, что Конвенция не может помочь в ситуации, когда их правота, казалось бы, очевидна.

Например, в вашем контракте четко прописаны сроки возврата аванса, который иностранный продавец обязуется вернуть в случае непоставки товара в установленный срок. И вот поставка товара срывается, а контрагент при этом еще и нарушает срок возврата аванса.

Помимо того что нарушение условий поставки негативно влияет на ваш бизнес, по российскому законодательству вы еще обязаны заплатить штраф за то, что не обеспечили возврат аванса в Российскую Федерацию. Размер штрафа составит от 75 до 100 % суммы денежных средств, не возвращенных в Российскую Федерацию. Данное положение касается не только контрактов на поставку товаров, но и на оказание услуг иностранными организациями.

То есть вина за невозврат аванса в срок может полностью лежать на иностранном партнере, а финансовые потери несет российский бизнесмен.

Тем не менее, по Венской конвенции, если вы прямо не доведете до сведения зарубежного контрагента информацию о наличии в России той или иной санкции, и не предусмотрите в договоре положение о покрытии убытков, вызванных применением к вам указанных санкций, взыскать с партнера сумму уплаченного по его вине штрафа будет невозможно.

— А что делать, если контр­агенты не хотят, чтобы их контракт регулировался нормами Конвенции?

— Венская конвенция дает возможность исключить ее применение или изменить любое из ее положений, за исключением одного вопроса — необходимости оформления договора в письменной форме, когда это является требованием применимого законодательства.

— Можно ли руководствоваться Конвенцией, если партнер российской стороны — резидент государства, не являющегося участником Конвенции?

— Если применимым правом вы изберете право России или иного участника Конвенции, то Венская конвенция все равно будет регулировать отношения по договору, даже если зарубежный контр­агент находится в государстве, не участвующем в Конвенции, например, в Великобритании, Японии или Индии.

— Ирина Сергеевна, Вы не могли бы разъяснить для наших читателей понятие «применимое право».

— Применимое право — это законодательство той или иной страны, которое будет применяться к отношениям партнеров. Как правило, положение о том, право какой страны будет применяться, прописывается в самом контракте.

— А что делать, если в договоре забыли указать, законодательство какой страны будет использоваться?

— Ну, во-первых, договоренность о том, правом какой страны хотят руководствоваться стороны контракта, можно закрепить уже после его заключения.

Если же такой договоренности нет, суд возьмет решение этого вопроса на себя. В данном случае используются так называемые коллизионные нормы. Эти нормы в разных странах различные, но в общем случае, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве, к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Таким правом считается право государства, где находится место жительства или основное место деятельности стороны, действия которой имеют решающее значение для содержания договора. Применительно к договору купли-продажи такой стороной признается продавец.

Для российского же бизнеса зачастую неожиданным оказывается, что неурегулированное положение контракта регулируется нормами не российского права, а, например, законами Италии или Китая.

— Какие еще сложности могут поджидать российских предпринимателей при заключении внешнеэкономических контрактов?

— При заключении внешнеэкономических контрактов бизнесмены делают акцент на сути сделки, получении тех или иных выгодных условий, минимизации возможных рисков.

При этом упускаются на первый взгляд несущественные формальности: а имеет ли лицо, ведущее переговоры и подписывающее контракт, необходимые полномочия? Насколько описания иностранной фирмы соответствуют действительности?

Тем не менее, не ответив на эти вопросы, можно столкнуться с серьезными проблемами. Так, впервые вступая в отношения с российскими компаниями, иностранные партнеры не всегда раскрывают всю необходимую информацию о своей фирме. Более того, представитель компании, который ведет переговоры и предоставляет те или иные гарантии, не спешит документально подтвердить, что действует в рамках имеющихся у него полномочий.

Итог может быть печальным. Если окажется, что компания, с которой заключен контракт, не зарегистрирована или ее юридический адрес отличается от адреса, указанного в договоре, то ей невозможно будет предъявить никаких претензий. В судебной практике есть примеры, когда контракты признавались незаключенными, так как были подписаны лицами, не являвшимися сотрудниками иностранных компаний и не имевшими соответствующей доверенности на ведение дел. Фирма может на законном основании отказаться от исполнения обязательств по контракту, если должностное лицо, подписавшее его, действовало с превышением полномочий — например, не получив одобрения сделки у акционеров компании.

— Как обезопасить себя от подобных ситуаций?

— Механизмов достаточно много — начиная от запроса у самого партнера нотариально заверенных документов о фирме и сведений о лице, которое будет подписывать контракт, и заканчивая обращением к аудиторским компаниям, проведением соответствующей предконтрактной проверки и запросом информации в компетентных органах иностранного государства.

Конечно, многое зависит от того, насколько крупным является ваш контракт и оправданы ли издержки, связанные с его заключением. Но в любом случае я рекомендую запрашивать регистрационные документы компании и подтверждение полномочий лица, ведущего переговоры и подписывающего контракт.

— Ирина Сергеевна, а что Вы можете сказать о практике применения в контрактах международных торговых терминов ИНКОТЕРМС1?

— Эта тема сама по себе очень обширная и требует отдельного освещения. Хочется лишь отметить, что в нашей практике мы все чаще видим, что и российские предприниматели, и их зарубежные партнеры не понимают, что такое ИНКОТЕРМС и как правильно использовать его в контрактах.

Неверное указание торгового термина приводит к тому, что основная часть условий контракта остается несогласованной. Обычно принципиальными моментами для сторон являются вопросы о том, когда товар считается поставленным, или же момент перехода рисков с продавца на покупателя.

Зачастую впоследствии ни стороны, ни суд не могут определиться относительно того, было ли вообще допущено нарушение и, как следствие, — какая из сторон и в каком объеме должна отвечать за возникшие последствия.

Так, в одном споре, рассмотренном Международным коммерческим арбитражным судом (МКАС), турецкая организация (продавец) требовала от российской фирмы полной оплаты товара, поставленного на условиях FCA.

Российский покупатель произвел частичную оплату товара, указывая на его недостачу, зафиксированную документами, составленными в месте получения товара.

МКАС удовлетворил требования турецкой стороны, аргументировав решение в том числе тем, что, поскольку товар поставлялся на условиях FCA в соответствии с ИНКОТЕРМС, продавец считается выполнившим свои обязательства по поставке с момента передачи товара в распоряжение первого перевозчика.

— Ирина Сергеевна, что бы Вы хотели сказать нашим читателям в заключение?

— В нашей практике нередко встречаются очень немногословные контракты, содержащие минимум условий и максимум неопределенных формулировок и общих терминов. Они могут стать причиной неприятностей, которые возникают, когда исполнение договора выходит за рамки ожидаемого и планируемого.

Нам знакомы также договоры, составленные на десятках страниц, которые предусматривают значительное количество дополнительных условий и оговорок. Тем не менее увеличение количества страниц и положений договора, равно как и их уменьшение, необязательно приводит к качественному улучшению его содержательной части.

В большинстве случаев такие контракты составлены по типовой форме, которая далеко не всегда учитывает вид товара и его специфику.

В частности, здесь не учитывается, с компанией какой страны осуществляются торговые операции и каково будет применимое право, что, естественно, приводит к проблемам, о которых шла речь выше. А их решение — куда более сложный и дорогостоящий процесс, нежели разбирательства по контрактам, заключенным исключительно между российскими компаниями.

— Большое спасибо!

1О терминах ИНКОТЕРМС читайте в 66 м номере журнала «МИР КЛИМАТА»



наши проекты
  • АПИК
  • Университет климата
  • Выставка «Мир климата»
  • АПИК-тест